Эльжбета Савицкая
• Акцентом завершившегося 2009 года стали выставки изобразительного искусства — старого и нового.
По посещаемости, безусловно, на первом месте окажется «Моя жизнь. Произведения Яцека Мальчевского из собрания Национального музея в Варшаве». Выставка подготовлена к 80 летию со дня смерти художника, чрезвычайно важного для польского сознания. Показано 130 картин и этюдов маслом. Среди них такие известные, как «Польский Гамлет», «Смерть Элленаи», «Автопортрет в доспехах» и триптих «Музыка», а кроме того почти 200 рисунков и акварелей.
— «Моя жизнь» — это рассказ о жизни Мальчевского и картина его творчества. Представлены портреты близких художника — сестры, зятя, матери, детей, немногочисленные портреты жены Марии и многочисленные — Марии Баль, музы и модели Мальчевского. Еще знаменитые автопортреты, в которых художник примеряет арестантский халат, рыцарские доспехи, показывает себя в виде Христа, святого Франциска, невольника искусства. Мальчевский открывает в них многие свои лица, разрешает нам их увидеть, потому что это не всегда всерьез. Из воспоминаний о художнике можно узнать, что он разгуливал переодетым и по улицам респектабельного галицийского Кракова, любил чем-то отличаться, — рассказывает куратор выставки Эльжбета Харазинская.
Символическая живопись Мальчевского — с ее отсылками к истории и религии, с костюмами, фантазией, меланхолией и таинственностью — несомненно, может иметь успех у польского зрителя. А вот насколько она «переводима», понятна и для иностранцев — это уже другой вопрос.
Выставку можно увидеть в Национальном музее в Варшаве до 7 февраля 2010.
• А в Королевском замке в Варшаве — выставка «Красота портрета. Польша от Кобера до Виткация», канон польского портрета с XVI века до времени «Молодой Польши». Виткация, пожалуй, нет необходимости представлять. Вот Мартин Кобер (1550 — 1598) менее известен. А он был первым в Польше живописцем, специализировавшимся в так называемом официальном портрете. Увековечивал в основном коронованных особ и сильных мира сего. Его кисти принадлежат, например, образы несогласной супружеской пары — Стефана Батория и Анны Ягеллонки. Рецензент «Газеты выборчей» пишет о них: «Стефан Баторий показан без инсигний власти, с отсутствующим взглядом. Возможно, он даже не хочет смотреть на жену, которая на портрете Кобера предстает унылой совой с некрасивым, морщинистым лицом. Будь Анна Ягеллонка чуть красивее, династия Ягеллонов не угасла бы. Но она угасла — а Кобер уродство королевы показал с беспощадной определенностью».
Конечно, немало портретов женщин выдающейся красоты. Одна из самых красивых — Анна Ожельская, внебрачная дочь короля Августа II Саксонского, на портрете из галереи дворца в Неборове.
Всего показано 70 портретов кисти художников, чьи имена и свершения определяют динамику перемен в истории польской живописи и в значительной мере — в европейской живописи. Представлены, например, произведения Марчелло Баччарелли, Антония Родаковского, Юзефа Панкевича, Ольги Бознанской, Мальчевского, Выспянского, Станислава Игнация Виткевича, а также Элизабет Виже-Лебрен или Ари Шеффера. Работы представили около 30 музеев и других собраний из Польши и из-за рубежа.
Выставка в Королевском замке открыта до 28 февраля 2010.
• Как ни странно, но подготовленная варшавской галереей «Захента» выставка работ Збигнева Либеры — это первая в Польше ретроспектива известного художника. А вообще — вторая: первой была ретроспективная выставка в США.
Либера — ведущий художник польского критического искусства, автор знаменитых, широко известных работ, таких как «Лего. Концентрационный лагерь» или «Позитивы». В четырех залах «Захенты» представлено 125 его работ 1982-2008 годов.
«Выставка в „Захенте” трудна для восприятия» — написала в «Газете выборчей» Агнешка Ковальская. — Мы видим концентрационный лагерь из элементов „Лего”, винтовки-дрели, родильные кресла в комплекте для маленьких девочек, смотрим фильм „Интимные обряды”, в котором Либера жестоко и откровенно показывает то, что ему приходилось делать для своей немощной бабушки. Это по-прежнему злободневные, актуальные работы. Благодаря малоизвестным фотографиям и архивным документам 1980-х выставка наполнена также атмосферой молодежного бунта и бескомпромиссности».
Выставку можно посмотреть до 7 февраля 2010 года.
• Центральноевропейскую литературную премию «Ангелус», учрежденную городом Вроцлавом, получил в этом году чешский писатель-эмигрант Йозеф Шкворецкий за книгу «Приключения инженера человеческих душ», вышедшую в издательстве «Пограниче».
Во время торжественной церемонии в Музыкальном театре «Капитоль» во Вроцлаве председатель жюри Наталья Горбаневская сказала, что счастлива тем, что книга Шкворецкого, которую она много лет читает и перечитывает по-чешски, пришла наконец к польскому читателю (роман написан в 1977 году).
Наталья Горбаневская подчеркнула: из романа «Приключения инженера человеческих душ» можно извлечь урок, что жизнь «при коммунистах, при гитлеровской оккупации, жизнь в эмиграции и даже жизнь вообще одновременно смешнее и страшнее, чем можно прочитать в учебниках, исторических трудах или публицистике. В этом и состоит чудо литературы».
От имени автора, которому здоровье не позволило приехать в Польшу, премию принял переводчик награжденной книги Анджей Ягодзинский. Он получил также впервые присуждавшуюся в этом году премию для лучшего переводчика.
В списке финалистов конкурса было еще шесть авторов. Это Игорь Бабков («Клакоцкий Адам и его тени») из Белоруссии, Миленко Ергович («Рута Танненбаум») из Боснии, Ота Филип («Соседи и те другие»), чех, живущий в Германии, Бернхард Шлинк («Возвращение домой») из Германии, а также Кшиштоф Варга («Гуляш из туруля») и Инга Ивасюв («Бамбино») из Польши.
Премия «Ангелус» присуждается за лучшую книгу прозы, опубликованную на польском языке в предыдущем году. Премия — это статуэтка Ангелуса Силезиуса работы Эвы Россано и чек на 150 тыс. злотых.
Премия Шкворецкому неожиданно вызвала возражения и волну споров. Выдающиеся достоинства прозы чешского автора не подвергались сомнению. Но ставился вопрос о смысле премии «Ангелус». Гжегож Чеканский в портале книжной торговли ksiazka.net.pl заявил, что вроцлавской премии явно недостает выраженной определенности и четких критериев, и даже назвал ее «шизофренической».
„Я не намереваюсь спорить с решением жюри, которое является, как и должно быть, окончательным, — пишет Чеканский. — Но обратим внимание на серьезные последствия присуждения премии «Приключениям инженера человеческих душ» Йозефу Шкворецкому. До сих пор отмечались книги сравнительно «свежие» («Двенадцать кругов» Андруховича, 2003; «Смерть в бункере» Поллака, 2004; «Harmonia Caelestis» Эстерхази, 2001 [даты выхода книг в оригинале]), соответствующие статуту премии, присуждаемой авторам, «которые в своих произведениях поднимают наиболее существенные для современности темы, побуждают рассуждать, углубляют знания о мире других культур». Но как вписывается в современность книга (без обиняков — выдающаяся книга), изданная в 1977 году? Какое влияние на современного читателя должна оказывать публикация тридцатилетней давности?” — пишет раздраженный критик.
На дискуссионном форуме часть посетителей соглашалась с ним, другие же — нет.
«Трудно не согласиться с господином Чеканским. Статут „Ангелуса” мутный, как воды Ганга в пору муссонов; критерии, которыми руководствуется жюри, не особенно уточнены, а факт, что премию получил писатель, от книги которого не веет свежестью, позволяет допустить, что в следующем году лауреатом станет Карел Чапек — например, за „Год садовода”. А почему бы и нет? Писатель был прекрасный, как и несколько других братьев-чехов».
И вот здесь интернавт ошибается: Карел Чапек (1890-1938) «Ангелуса» не получит точно, так как, по статуту, награждаются только живущие авторы.
Но поспорить об «Ангелусе» все же стоит.
• Анджей Добош стал в нынешнем году лауреатом премии имени Анджея Киёвскго. Отмечен его сборник фельетонов «Сады и помойки», изданный в «Библиотеке „Вензи”».
Премия вручалась уже двадцатый раз. В 1985 г. ее учредил подпольный Комитет независимой культуры. Среди лауреатов были Адам Михник, Адам Загаевский, Влодзимеж Болецкий, Анна Боярская, Кшиштоф Дорош, Ян Вальц. Начиная с осени 1996 г. премию присуждают Казимера Киёвская, вдова выдающегося критика и эссеиста, и Национальное учреждение имени Оссолинских.
• Литературную премию польского ПЕН-клуба имени Яна Парандовскго получила Юлия Хартвиг.
— Во всем своем творчестве Юлия Хартвиг старается найти соответствующую меру. Она из тех поэтов, кто продолжает вековые поиски гармонии; не только гармонии звуков, языка, но и гармонии мира. Казалось бы, таких поэтов трудно найти в современном мире. Но вопреки ощущению людей ХХ века, что гармонию нельзя искать в современности (а нарушенной ее считали еще в древности), такие поэты существуют, — сказала на церемонии ее организатор Ивона Смолька.
Премия имени Яна Парандовского — это литературная награда польского ПЕН-клуба, присуждаемая ежегодно начиная с 1988 г., за совокупность творчества. Среди лауреатов премии были, например, Збигнев Херберт (1989), Густав Герлинг-Грудзинский (1990), Лешек Колаковский (1992), Станислав Лем (1994), Рышард Капустинский (1995).
Стихи Юлии Хартвиг в нашем журнале — см. «Новая Польша», 1999, №4; 2002, №12; 2004, №9; 2005, №4; отрывок из книги прозы «Избранники судьбы» — 2006, №7-8; там же — беседа с автором.
• Сборник очерков «Готтленд» Мариуша Щигеля отмечен в Брюсселе премией «Europe Book Prize 2009». На премию было выдвинуто несколько десятков европейских книг, в финале осталось четыре. В жюри входили публицисты и критики ведущих европейских газет. «Готтленд» выдвинули на конкурс французские критики (переводчицей французского издания была Марго Карлье). В Польше книга вышла в издательстве «Чарне» в 2006 году.
Мариуш Щигель известен также российским читателям. В начале декабря он побывал в Москве на 11-й Международной книжной ярмарке non-fiction. Его знаменитый, неоднократно отмеченный премиями, переведенный на многие языки «Готтленд» вышел недавно по-русски в издательстве «Новое литературное обозрение» в переводе Полины Козеренко.
• Во время Вроцлавского смотра малых книг была присуждена премия за книгу года «Перо Фредро». Среди 113 заявленных названий жюри выбрало книгу «Ах! Киноплакат в Польше» авторства Дороты Фольги-Янушевской (издательство «Бош»). Книга содержит очерк истории киноплаката в Польше, в ней воспроизводится свыше 530 плакатов к кинофильмам, часто вдохновленных живописью, графикой и искусством кинематографа. Дизайн этого со вкусом выполненного издания принадлежит профессору Леху Маевскому и Юстине Черняковской.
• Польско-немецкая премия 2009 г. была присуждена польской переводчице немецкой литературы Малгожате Лукасевич и немецкому переводчику Карлу Дедециусу. У обоих лауреатов немалые заслуги перед культурой, в деле сближения посредством ее двух народов. В юбилейном 2009 году специальные премии были присужденные Леху Валенсе и бывшему президенту Германии Рихарду фон Вайцзеккеру.
• Поклонников прозы Густава Герлинга-Грудзинского порадует, наверное, известие, что существует никогда не публиковавшийся его дневник 50-х годов. Этой информацией поделилась дочь писателя Мария Герлинг на вечере в Европейской библиотеке в Риме в связи с приходящимся на нынешний год 90-летием автора «Ночного дневника». Мария Герлинг сказала, что этот неизвестный дневник писатель стал вести, когда поселился в Неаполе.
Будет кстати напомнить, что в Росси несколькими месяцами ранее почтили память польского писателя. В сентябре в Ерецеве Архангельской области, где в сталинские времена был расположен один из самых суровых советских лагерей, был установлен (на средства польского министерства культуры и национального наследия) памятный камень с надписью о пребывании Густава Герлинга-Грудзинского в этом лагере.
В церемонии приняли участие Марта Герлинг, польские дипломаты и представителе местных российских властей. Писатель, осужденный в 1940 г. за попытку нелегального перехода границы, просидел в лагерях два года. Ерцево было последним местом заключения перед освобождением. Память о лагерях — в том числе и о Ерцеве — нашла свое отражение в его знаменитой книге «Иной мир».
• В Национальном театре («Театр Народовый») в Год Юлиуша Словацкого — премьера «Балладины», загадочной «будто трагедии». Режиссер спектакля — Артур Тышкевич, чьим высшим достижением до сих пор был осыпанный премиями спектакль по Гомбровичу «Ивонна, принцесса Бургундская», поставленный в 2005 г. в Драматическом театре в Валбжихе. На этот раз успеха не случилось.
В «Дзеннике — Газете правной» Яцек Вакар пишет в рецензии, озаглавленной «Бледная тень „Балладины” в Национальном театре»: «В представлении несколько эффектно задуманных сцен, есть намётки оригинальной трактовки заглавной роли. Но в целом спектакль в режиссуре Артура Тышкевича разочаровывает фрагментарностью несогласованных между собой элементов. „Балладина” в Национальном — это очередной в карьере режиссера спектакль высокого риска. Драму Словацкого знают все, и прославленная сцена всегда будит ожидания. На этот раз риск был исключительным, потому что ровно 35 лет назад здесь же показал свою „Балладину” Адам Ханушкевич. Эта постановка, опознавательным знаком которой была Гоплана на „Хонде”, начала общенациональную дискуссию о границах вмешательства режиссера в классический текст. Спектакль также стал знаком стиля Ханушкевича и одним из самых знаменитых зрелищ в послевоенной истории польского театра. Постановка Тышкевича не вызовет даже и малой доли прежних споров. Спектакль идет три часа, а помнишь его три минуты. Режиссер утратил чувство меры. Он хотел совместить несколько разных жанров, надеясь, что целое сложится во фраппирующую мозаику. Не получилось».
• Еще перед премьерой с создателями спектакля беседовал Яцек Цесляк («Жечпосполита»).
— Работая над текстом уже на сцене, я все более убеждался, что „Балладина” вдохновила Витольда Гомбровича, — сказал Артур Тышкевич. — Гротескная форма его пьес многим обязана Словацкому, который был действительно великим поэтом.
Режиссер хочет подчеркнуть мотив нравственности:
— Словацкий показывает, что человек погряз во зле. Часто непонятно, откуда оно берется, но оно несомненно. В противовес этому печальному диагнозу человечеству автор показывает мир духов — безупречно чистых. Столкновение с людьми для них губительно. Человек убивает всё вокруг себя, а самого себя — прежде всего. Безотносительно к социальным и семейным обстоятельствам преступление не может быть оправдано, а совершивший его должен понести кару.
Сыгравшая Балладину актриса Виктория Городецкая говорит:
— Мы с режиссером решили, что я не буду играть злую женщину. На Балладину влияет судьба и люди. И превращают ее жизнь в трагедию. В создании образа мне помогло чтение «Преступления и наказания» Достоевского. Балладина и Раскольников похожи друг на друга. Зло порождает лавину событий, которую не удается остановить.
Но, похоже, ни Гомбрович, ни Достоевский не пошли спектаклю на пользу.